+38044 200 18 18, +38044 360 66 23, +38067 320 30 23, +38050 357 33 26 yanagallery@gmail.com

Художник Майровски-Мейро является одним из самых видных мастеров своего времени. В 1979 году он окончил Варшавскую Академию изящных искусств, где его преподавателем был известный художник профессор А.Лис. В середине 1980-х годов художник начал разработку собственного творческого стиля. Блестящий последователь Поля Сезанна, Оскара Кокошки и русских конструктивистов, он является ярким примером соблюдения традиций в живописи и одновременно личностного преломления этих традиций, являя миру свою творческую свободу, реализацию яркого вдохновения.

Интересно проследить стилевой базис творений Здислава, его корни, которые дали в результате такой своеобразный и яркий стиль. Иногда эти корни учителей залегают так глубоко, что очень трудно бывает проследить и обозначить их потаенное существование. Безусловно, здесь в его формальных композициях, непременно присутствует русский авангард К.Малевича и В.Кандинского, как революционизирующее явление не только в живописи, но и в искусстве XX века в целом. Этот стиль состоялся как  впервые явленная, всецело абстрактно-решенная форма, доведенная до смысловой значимости знака. Почитание же австрийско-чешского живописца Оскара Кокошки, выражается в картинах Здислава Майровски-Мейро в программной экспрессивности, в чудесном перетекании особенного, будто гибкого чувственного  цвета, в напоре и разнообразии эмоций, в страстности, чуждой всякой косной, форме, в своем признании общей гуманистической и образной поэтичности всего творчества этого модернистского художника. Особенно интересно наблюдать в живописных полотнах Здислава Майровски–Мейро влияние, почти незаметное на первый взгляд, французских постимпрессионистов, а в особенности, фундаментальных открытий в живописи Поля Сезанна. В такой глубинной закорененности, в модернистско-классической основе живописи кроется главная сила воздействия его искусства. И этот цвет в понимании Сезанна, и эта его новая пространственность, и сама структура воссоздания изображения, все это принимает польский живописец. Творчеством Сезанна, обусловлены главные находки искусства века XX и всеобщие основы художественного, модернистского языка наших дней. У Поля Сезанна, было особенно ощутимо дыхание нового пространства, пространства будущего века, пусть и условно впаянного художником в холст, но тугого, упругого, живого, будто рвущегося в бесконечность.  Того сезанновского пространства, будто впервые увиденного внутренними глазами и  рожденного сейчас, в космосе новой материи. У Сезанна впервые был показан мир с новым пониманием цвета, мир, пропущенный через сознание размышляющего художника и творимый  им заново на полотне. Именно такими качествами, качествами заново возникающего цвета — пространства, в полной мере обладает и живопись Майровски-Мейро.

Интеллектуальное и перенасыщенное, сложными ассоциациями, сознание художника Майровски-Мейро, лишено тягостной материальности навязчивых фантомов. Боль, тревога, радость предчувствия, перемещаются в более разреженное, словно освобожденное от гравитации пространство, где место не объемам, но беспокойной, выразительной и красноречивой игре плоскостей, цветовым и пластическим акцентам и намекам. Этому способствует, и сложность, и разнообразность фактур, а также изысканно нюансированный цвет, в непосредственности, то ли радостного, то ли драматично — эмоционального переживания.

Предмет в картинах Майровски-Мейро – это своеобразный сгусток материи, живущий не сам по себе, но в силовом, пронизанном токами высокого напряжения поле, которое, собственно, и формирует его, лепит во всей определенности, или наоборот, пробует на разрыв, деформирует, мнёт, растворяет…. Это  цветовое поле — такая особая его пространственная среда, насыщенная космическими конфликтами  света и тени, активная, формообразующая, дышащая цветовыми конфликтами. Это метафорическое выражение таинственных качеств материи, а значит, и жизни, вечной ее  текучести и становления, жизни то разгорающейся, то потухающей, как ей это  велит космический творящий  огонь.

Игры подсознания в картинах Здислава сложны и менее всего агрессивны. Они, эти игры, скорее всего, радостны и созидательны. В его картинах нет отвлеченного упоения, усложненное повторениями отвлеченных комбинаций, художник здесь легок и естественен, и потому ему не грозит душевное опустошение, исчерпанность, как результат тиража и повторяемости.

Живописным изображениям, здесь особенно присуща, особенная сгустившаяся, пульсирующая цветом структура, которая приводит к экспрессивной чистой образности, напряженности бытия, к одиночеству, и все это вместе — в контексте тревожной, подвижной, окрашенной сложным эмоциональным состоянием среды.

Майровски — Мейро создает поэтическую мифологию своей душевной жизни, воссоздает ее напряженные токи, являет личную пластическую лирику подсознательных сфер.

Ощущая живопись как космогонию, передавая языком живописи огненную природу вселенной, художник Майровски — Мейро не знает и не хочет знать законов гравитации; верх и низ – чуждые его искусству категории. Потому что это так возникает у него —  этот безкоординатный, появляющийся ниоткуда, и улетающий в никуда, но и опрокинутый волей художника вовнутрь, в потаенные собственные глубины — таинственный мир человеческой души.

Дмитрий Корсунь